Мы создаем волны.

Резонанс. Мы создаем волны. Иногда штормы!

 
03.05.2020 00:00

Уголовное дело на сына редактора журнала «Бизнес-Курс» Сергея Сусликова закрыто. Что дальше? Избранное


Корреспондент БК55 беседует на эту тему с известным омским адвокатом Андреем Хабаровым.

Об этом сообщает Руспрес

— Андрей Евгеньевич, громкое и не менее скандальное уголовное дело против Егора Сусликова действительно закрыто?

— В начале апреля следователем СУ СК РФ по Омской области принято решение о прекращении уголовного преследования и уголовного дела в отношении моего подзащитного. С учетом обстоятельств дела и позиции ВС РФ следствием была изменена правовая оценка его действий, а это вызвало основанную на законе необходимость принятия такого решения. Требовалось наше согласие, и мы его дали. Надеюсь, что эта история для всех закончилась.

— Для многих «друзей» хозяина «Бизнес-Курса» эта новость, наверняка, станет жестоким разочарованием, ведь они уже провожали Сусликова-младшего в места не столь отдаленные?

— Вокруг этого дела на всем протяжении расследования существовал зашкаливающий эмоциональный фон. Каждая из сторон выражала свои эмоции доступными ей средствами. Одни сериями публикаций в СМИ, другие — сериями процессуальных и следственных действий. Я признателен Сергею Сергеевичу, он услышал меня и в последний момент отказался от публикации материалов по этому делу в тех же «Известиях», где много лет проработал собственным корреспондентом, а также в других столичных СМИ, где остались его коллеги и даже друзья. Хотя понимаю, на волне дела Ивана Голунова основания для проведения омских параллелей точно были.

— Но, согласитесь, Андрей Евгеньевич, по большому счету, журналиста Голунова как раз и спасла волна, поднятая в СМИ?

— У меня своя, адвокатская, логика… Боюсь, что тогда бы нам было сложнее прийти к состоявшемуся законному решению. Эмоции здесь не друзья.

— Сторонний наблюдатель наверняка увидит в действиях владельца СМИ Сергея Сусликова ответную реакцию, продиктованную желанием защитить Егора.

— На самом деле для него это был всего лишь очередной эпизод в схватке, которую он ведёт уже не менее пятнадцати лет. А предметом этой схватки, без преувеличения, является вопрос о Свободе Слова… Быть ей или не быть на омской земле. Потому что, увы, есть те, кто с желанием, граничащим с психическим нездоровьем, стремятся уничтожить журнал «Бизнес-курс» и сайт БК55, используя для этого один и тот же способ — уголовное преследование его сына Егора.

— Почему именно Егора?

— Потому, что он — предприниматель! Потому что, как они полагают, бизнес Егора — это финансовый фундамент Издательства, хотя это не так… Абсолютно не так!

Получается, они «сажают» сына за то, что его отец выполняет свой профессиональный долг?

— Добавлю, не просто выполняет, а честно выполняет! И ему мстят, создавая проблемы детям, что само по себе подло, но ещё и очень больно: мало кому дано такое выдержать, не преклонив колени. Сусликов-отец смог…

— Сергей Сергеевич в своих публичных выступлениях по теме уголовного дела сына лишь упоминает о событиях из прошлого, не раскрывая их содержания… Но вы как адвокат Егора владеете информацией, что говориться, из первых рук.

— Все эти годы, где-то с 2006-го, я был непосредственным участником событий. И это, возможно, лучше позволит понять суть происходящего. К середине нулевых организованная преступность в стране в основном была подавлена. И вот парадокс, в итоге, в Омске вопросы ведения бизнеса местные предприниматели стали обсуждать с ПОБЕДИТЕЛЯМИ — руководством и сотрудниками местного УБОПа. Страшные времена для бизнеса, впору было затосковать по «браткам» из 90-х.

Не зря говорят, Победитель — хуже Побежденного.

— Замечу, именно тогда и стали формироваться основания для появления в будущем таких одиозных фигур, как скандально известные полковники-миллиардеры Захарченко или Черкалин. Считаю, что Сергей Сусликов одним из первых увидел скрытую опасность как для бизнеса, так и государства всех этих «оборотней в погонах», познавших к тому времени вкус больших денег. На страницах «Бизнес-курса» стали регулярно выходить фактурные материалы, посвященные деятельности Омского УБОП, имеющей конкретные определения в УК РФ.

— Возможно, Сусликов, как вы заметили выше, журналист советской школы, не вполне осознавал тогда всю степень опасности противостояния с набравшими вес силовиками?

— За время подавления организованной преступности сотрудники УБОП привыкли к безнаказанности и вседозволенности, к отсутствию реальной ответственности. Важен был результат, добытый любой ценой?

— Вот именно, любой… Законность средств достижения такого результата значения не имела. В итоге по адресу Пушкина, 138 сформировалась структура, подавлявшая в зародыше любое НЕсогласие. А в отношении тех, кто вольно или не вольно препятствовал произволу, применялись те же методы подавления, которые продемонстрировали свою эффективность в борьбе с организованной преступностью. В качестве иллюстрации… В то время сотрудники прокуратуры города, чтобы обсудить важные служебные вопросы выходили в коридор или на улицу, так как их кабинеты прослушивали убоповцы. Их боялись все. А тут какой-то «писака» начинает их жестко «мочить» в публичном пространстве.

— Пытались ли они как-то договориться, может, посылали к Сергею Сергеевичу людей?

— Единственное в своём роде?

— Увы, не успела ещё типографская краска высохнуть на страницах газет, сообщивших о победе омских журналистов, как на Егора в подъезде дома напали два амбала с битами. Били молча по жизненно важным частям тела, а уходя, передали привет отцу. Я приехал через 30 минут после нападения. Переступая через лужи крови в подъезде, подумал, что он уже инвалид. Повезло… Обошлось средней тяжестью.

Преступление до сих пор не раскрыто.

— Это тогда Сергей Сергеевич публично заявил: «Вы можете замочить всех моих детей, но «Бизнес курс» все равно выйдет в свет!»

— Да. Полагаю, что для него с этого момента дело это стало не только общественным и профессиональным, но и личным. Он принял вызов. И у общества, в котором вызревал скрытый протест к опричникам с Пушкина 138, появилась реальная возможность наблюдать за этой битвой, кстати, вчистую проигранной убоповцами. «Бизнес-Курс» и его главный редактор наносили оппонентам чувствительные информ-удары — справа, слева, апперкот…

Можно по-разному относиться к Сергею Сергеевичу и редакционной политике в его СМИ, но, как бы пафосно это ни звучало, фактом является то, что Сусликов — человек и журналист — более чем реально и абсолютно осознано рисковал и рискует сейчас самым дорогим ради Свободы слова в нашем городе. Ради того, чтобы мы с вами имели право и возможность читать разные точки зрения и их выражать, а деятельность государственных служащих находилась бы под публичным контролем.

На какое-то время показалось, что ПОГОНОносный противник признал поражение и сдулся. Это было тяжелейшее заблуждение. Егору готовили уголовное дело. Несколько месяцев. Мастерски, филигранно, тонко, используя весь свой богатый опыт провокаций.

— Говорят, когда Егора задержали, отец отреагировал так: «Если он это действительно сделал, должен ответить. Я в это вмешиваться не буду».

— И не вмешивался, пока факт провокации не был установлен в ходе следствия? Для «Бизнес-курса» никогда не было неприкасаемых, пожалуй, кроме президента. Доставалось от него и прокурорским. Но это никак не сказалось на объективности расследования (следствие тогда было при прокуратуре). Вообще сложно сказать, чем бы это дело закончилось, если бы в то время у руководства региональной прокуратуры и областного суда не стояли люди, различающие добро и зло, допустимое и недопустимое и имеющие не только мужской внешний вид, но и содержание.

Известно, что, когда к Василию Васильевичу Пронникову (председатель обл. суда) пришел один из руководителей УВД Омской области обсудить дело Егора, то услышал следующее: «Настоящие мужики через детей не разбираются».

Времена были не проще, но — предметнее.

— Как удалось установить провокацию в отношении Сусликова-младшего?

— Очень, очень не просто. Следователь Артём Кротов, непосредственно занимавшийся расследованием — талантливый парень, в настоящее время один из руководителей Красноярского ГСУ СК РФ, первоначально нескрываемо скептически относился к заявлениям защиты о провокации. И у него были для этого причины: внешне все было обставлено идеально. Аудио и видеозаписи, свидетели, задержание с поличным. Полный набор для направления дела в суд.

Но вскоре выяснился один нюанс. Аудио и видео записи были предоставлены следователю оперативниками УБОП в копиях. Я категорически настаивал на истребовании у органа, осуществлявшего ОРД, оригиналы этих записей, так как копии не позволяют экспертным путём достоверно установить наличие или отсутствие их монтажа. Нехотя, но истребовали. И вот здесь стало понятно, что-то у них пошло не так. Убоповцы стали под разными предлогами отказывать в предоставлении оригиналов записей. Но Кротов — парень с характером!

— Получается, что рядовой следователь додавил всесильных убоповцев?

Один из заместителей Генеральной прокуратуры по обращениям тогдашнего руководства УВД восемь раз отменял постановление о прекращении. Но после доследований результат оставался прежним. Это как в «Маугли» — знаете ли, «Славная была охота».

— События августа 2018 года, когда было возбуждено ещё одно уголовное дело против Егора Сергеевича и проведен обыск в доме и в надворных постройках его отца, из того же ряда?

— В качестве основания для проведения обыска у Сергея Сергеевича и в редакции журнала фигурирует некая справка майора полиции Ананьева, с которой формально все и началось. О чём идёт речь?

— С содержательной точки зрения история обыска у Сергея Сергеевича ничем не отличается от общеизвестных событий, произошедших с московским журналистом Иваном Голуновым. Отличие лишь в том, что в отношении последнего провокация была доведена до своего логического завершения, а в случае с Сусликовым Сергеем Сергеевичем, завершающая фаза реализована не была, и все ограничилось «подбросом» информационным. Я имею ввиду следующее. Следователю и суду были предоставлены не соответствующие действительности сведения, имеющие правовое значение и влекущие правовые последствия. Эти сведения были направлены на введение в заблуждение следователя, а в дальнейшем и суда, о наличии законных оснований для проведения обыска в доме у журналиста и в редакции журнала. Без предоставления в дело данной справки не имелось никаких оснований для вынесения решения о проведении обыска в доме у главного редактора и издателя самого влиятельного омского СМИ, а так же в рабочих кабинетах журналистов.

— И что же было в этой справке майора Ананьева?

Получается, что Наталья Сухорукова, директор «Бизнес-Курса», была названа фактически бухгалтером в компаниях, принадлежащих сыну издателя Егору? Но ведь эту информацию, директор журнала Сухорукова или бухгалтер, можно было легко проверить? Тем более майору полиции?

— Проще пареной репы, но тогда у организаторов этого уголовного дела исчезал повод обратиться в суд, а суду принять решение о проведение в жилище Сергея Сергеевича, так как там проживает Наталья Александровна, обыска, сделанного, по сути, на основании лживого доноса. Кстати, ложность этих сведений в дальнейшем установило и само расследование. Мы, ознакомились с материалами дела, по которому было допрошено 95 свидетелей, бывших и нынешних работников предприятий, контрагентов, сотрудников ИФНС и других лиц. Практически всем им ставился вопрос относительно участия Сухоруковой в предпринимательской деятельности Егора. Ни один из свидетелей не сообщил следователю, что ему об этом что-либо известно. Не были обнаружены и какие-либо доказательства представления ею интересов юридических лиц в ИФНС.

По сути, само следствие установило, что изложенная в справке информация не что иное, как оперативно-розыскной фейк. А следовательно, конституционное право на неприкосновенность жилища было нарушено без законных для того оснований, так как такие основания были фальсифицированы, а лица, принимающие решение о проведении в жилище журналиста, главного редактора и издателя обыска, были введены в заблуждение относительно достоверности этих сведений, изложению которых предшествовало увесистое слово «УСТАНОВЛЕНО». В результате обыска никаких документов или иных предметов, имеющих отношению к делу, обнаружено не было. Никаких.

— Сергей Сергеевич публично заявлял, что результатом обыска должно было стать обнаружение подброшенных боеприпасов или наркотиков?

— У него имеются для этого все основания. Обыск проводился по уголовному делу, возбужденному по налоговой статье. В «подметной» справке указывалось на возможность наличия в доме и хозяйственных постройках бухгалтерских документов и не более. Однако из документов по обыску известно, что в составе оперативной группы, находились два кинолога с тремя собаками. Есть акты применения служебных собак. Овчарка по кличке «Лаванда» искала взрывчатые вещества, взрывные устройства, оружие и боеприпасы. Другая овчарка по кличке «Шредер» — наркотики и психотропные вещества. Использование служебных собак по делу о неуплате налогов — это даже не экзотика, это разгул нездоровой психики.

Наверное, они не могли отказаться от желания обнаружить в доме Сергея Сусликова оружие и боеприпасы… Ну, и, конечно, наркотики, как без них?

— Полагаю, что главный редактор БК и был их основной целью. Увы, «обнаружить» у Сергея Сергеевича наркотики или боеприпасы помешали пятнадцать камер, установленных на территории и в доме. Кстати, на записи видно, как руководитель обыска неоднократно с кем-то связывался по телефону и, разговаривая, постоянно смотрел на камеры, как будто они являлись предметом разговоров. Очевидно, это и стало для них неприятным сюрпризом.

— Давайте, Андрей Евгеньевич, посмотрим, что получается в сухом остатке? Оперативник подготавливает и передает следователю процессуальный документ, содержащий недостоверные сведения. Этот фальсифицированный документ заведомо предполагается использовать в качестве основания к проведению обыска в жилище журналиста. При помощи данного документа суд вводится в заблуждение относительно наличия законных оснований для проведения обыска. Результатом такого заблуждения является получение судебного разрешения на обыск, что обеспечивает видимость законности действий оперативных сотрудников при их фактической незаконности. При проведении обыска, для которого в действительности не имелось законных оснований применяются служебные собаки, натасканные на наркотики и оружие, что не имеет никакого разумного объяснения, исходя из налоговой категории уголовного дела и личности обыскиваемого… Более того, не встречается на практике по такой категории дел в принципе. Все правильно?

— Для меня очевидно, что цепочка названных выше действий выстраивалась не для того, чтобы «Лаванда» и «Шредер» размялись на участке Сергея Сусликова. Они должны были, при понятых, найти то, на отыскании чего их дрессировали. Но судьба отвела от Сергея Сергеевича это испытание. Только лишь в этом и можно увидеть отличие провокации силовиков в Омске и в Москве с журналистом Голуновым, где она, провокация, была доведена до конца.

В то же время проводился обыск в редакции «Бизнес-курса», где была изъята программа «1 С бухгалтерия» издательского дома при абсолютной очевидности отсутствия для этого каких-либо оснований в связи с «неотносимостью» к делу.

— И последний вопрос. Как Вы считаете — это противостояние с прекращением уголовного дела против Егора Сусликова закончится?

— Да бог с Вами! Это было бы возможно в одном из двух случаев. Либо «Бизнес Курс» перестает существовать как независимое СМИ. Либо люди, которые образуют в городе известную олигархическую группировку, перестанут по каким-то причинам осуществлять свою деятельность на территории Омской области. Вопрос в другом.

Будет ли и дальше профессиональная деятельность Сергея Сусликова приводить к возбуждению уголовных дел…

Против его детей и близких?


Источник: “https://bk55.ru/news/article/167553”

Новые сверху Старые сверху

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Присоединяйтесь к нам. Будьте в курcе свежих событий и новостей.

Закрыть

Поиск